Как выдержать нагрузку актуальных регуляторных требований: три кита зрелой ИБ
Принято считать, что ландшафт информационной безопасности определяется актуальными векторами атак, однако для полного понимания необходим взгляд и со стороны государственного регулирования – а это колоссальный пул документов: от Указов Президента РФ и федеральных законов до локальных актов.
Тенденции развития нормативного правового пространства стимулируют организации переходить от точечного, ситуативного закрытия требований (буквально «синей изолентой») к системной и планомерной работе. Но реализация такого подхода требует немалого уровня зрелости. Евгения Амелькина, PMM uFactor, uAcademy и профессиональных сервисов UserGate, рассказывает о трёх основополагающих направлениях этой работы.
1. Аудит и стратегическое управление информационной безопасностью
Регуляторные требования разрознены: что-то касается организационных мер, что-то – технических, что-то – мониторинга и отчётности. Зрелая ИБ-функция переводит их в понятные и повторяемые процессы: управление уязвимостями, контроль доступа, реагирование на инциденты, управление изменениями. Такую функцию невозможно представить без аудита сетевой безопасности и услуг, закрывающих потребность в собственном SOC. Именно централизация и автоматизация, особенно свойственные SOC по модели SaaS, обеспечивают непрерывный контроль выполнения требований и формируют доказательную базу – то, что особенно важно при проверках регуляторов.
Если проводить параллель с транспортом, комплексный аудит сетевой безопасности – это дирижабль: медленнее и требует большей подготовки, зато даёт широкий обзор и показывает общую картину защищённости. SOCaaS, напротив, ближе к лёгкой авиации: быстрее разворачивается, масштабируется под нагрузку и позволяет оперативно подниматься над инцидентами, не строя собственную инфраструктуру мониторинга с нуля. В зрелой ИБ-функции эти подходы не конкурируют, а дополняют друг друга: аудит отвечает на вопрос «где мы уязвимы», SOCaaS – «что происходит прямо сейчас».
При оценке рисков и построении модели угроз важно избегать типовых ошибок: оценки по фрагментарным данным без связи технических событий с процессами и активами; переноса старых настроек в новые условия без учёта актуального состояния инфраструктуры и профиля угроз; пренебрежения непрерывным мониторингом и недооценки следов компрометации между проверками. Сочетание аудита, мониторинга и поиска следов компрометации работает лучше любого из этих инструментов по отдельности.
2. Подготовка и сопровождение перехода на актуальные средства защиты информации
С момента выхода так называемых майских Указов Президента РФ миграция на отечественные ИТ- и ИБ-решения во многом напоминала гонку вооружений: надо успеть, «пока не началось», – компании действовали поспешно и часто интуитивно. Сегодня, не в последнюю очередь за счёт регуляторных нововведений, ситуация выравнивается: авральные внедрения по принципу «какой вендор пришёл, то и меняем» трансформируются в осознанную модель с планированием, пилотированием и требованиями к устойчивости инфраструктуры. В центре внимания уже не сам факт замены СЗИ, а то, как сделать переход управляемым, безопасным и эффективным.
В русле этой тенденции в 2024 году мы открыли отдельное подразделение сервисной службы для проектов в режиме «вендор – заказчик», а в 2025-м заработал проектный офис для управления комплексными проектами такого рода. Оптимальная схема миграции такова: новые СЗИ разворачиваются параллельно с действующими; выделяются пилотные сегменты для отработки конфигураций; политики безопасности сначала валидируются в контролируемой среде; и только после этого происходит перенос критичных сервисов. Заранее закладываются сценарии отката и контрольные точки – это избавляет от ситуации, когда после внедрения приходится в режиме «тушим пожары» восстанавливать доступность сервисов.
Типичные ошибки на этом этапе: перенос настроек as is с воспроизведением избыточной логики фильтрации; отсутствие актуальной документации по инфраструктуре; некорректная оценка требований к производительности; отсутствие чёткого плана миграции; нехватка практического опыта; разрыв между внедрением и эксплуатацией. В совокупности это даёт парадоксальную картину: рост числа инцидентов и снижение киберустойчивости на фоне внедрения дорогих и ультрасовременных решений.
В этой логике сервисы вендора играют не вспомогательную, а вполне прикладную роль – как способ снизить риски на каждом этапе. На стадии внедрения клиент получает проектный офис и экспертную поддержку, корректный перенос политик и верификацию результата. На этапе эксплуатации техническая поддержка и выделенный инженер обеспечивают глубокое погружение в контекст заказчика, а своевременное обновление ПО и авансовая замена ПАК снижают риски простоев. Офлайн-практикумы помогают команде отработать ключевые сценарии. В результате миграция превращается из разового стрессового проекта в прогнозируемый процесс с понятной логикой и метриками.
3. Оценка и развитие компетенций специалистов по ИБ
Третья неотъемлемая составляющая зрелой ИБ – сильная команда. Без неё установка даже самых современных СЗИ – лишь недешёвый способ убедиться, что проблема никуда не делась, а просто стала называться иначе. Средства защиты меняются куда быстрее, чем успевает обновляться внутренняя программа обучения: у компании могут быть и штат, и лицензии, и процессы, но не хватать людей, которые уверенно ориентируются в актуальной нормативной и технологической картине. На этом фоне приказ ФСТЭК России № 117 – явный сигнал: квалификация персонала не «корочка», а одна из фундаментальных опор всей системы.
Можно выделить три основные проблемы прокачки ИБ-команды. Первая – отсутствие целостной картины по компетенциям: кто-то отлично знает продуктовый стек, у кого-то сильная практика реагирования, кто-то хорошо читает НПА, но это часто складывается в набор разрозненных навыков, и где пробелы – выясняется в самый неподходящий момент. Вторая – обучение оторвано от реальной практики и оказывается бесполезным, когда нужно разбирать инцидент, проверять логи или объяснять руководству, почему это «не просто очередное уведомление от регулятора». Третья – устаревание знаний: вчерашняя норма сегодня уже создаёт риск несоответствия требованиям. Дополнительно необходимо повышать киберграмотность рядовых сотрудников – в том числе на практике, например, с помощью тестовых фишинговых рассылок.
Мы в UserGate считаем, что старт нужно брать с карты компетенций: для каждой роли в ИБ – аналитика, администратора, специалиста по реагированию, руководителя направления – должен быть понятен набор знаний и навыков, реально необходимый для работы. Далее – регулярная прикладная оценка уровня квалификации: кто чем владеет, где пробелы, кому нужна переподготовка, а кому – точечное повышение квалификации под новую задачу или регуляторный контекст. Следующий шаг – практическое закрепление: сценарные тренировки, разборы кейсов, работа с инцидентами. Иначе можно столкнуться с парадоксом, когда обученные сотрудники в условиях реального инцидента начнут разбираться с распределением ролей, а то и коллективно изучать матчасть.
Именно для этого мы открыли Академию UserGate – инструмент, помогающий закрывать разрыв между регуляторными ожиданиями и реальной практикой через развитие прикладных компетенций. В контексте Приказа ФСТЭК № 117 это особенно уместно: компаниям нужен не сам факт обучения, а его повторяемость, системность и возможность подтвердить результат. Внешняя образовательная площадка избавляет от необходимости изобретать собственный велосипед при каждом обновлении требований и технологий.
Зрелая работа с компетенциями строится на четырёх основах: карта компетенций, оценка уровня квалификации, план обучения и проверка результата, в том числе сертификация специалистов. Если хотя бы один элемент выпадает, конструкция начинает рассыпаться: можно сколько угодно учить, но без видимого стартового уровня и проверки итога компания просто инвестирует в ощущение деятельности. Системная работа с компетенциями должна быть встроена в стратегию ИБ и в общую систему управления – чтобы команда не просто успевала за изменениями, а, в идеале, находилась на шаг впереди киберпреступников, обеспечивая устойчивую ИБ-функцию и охраняя рубежи родной компании.
